– Родился я в 1964 году в Ровненской области Украинской ССР. Окончил там 10 классов и получил повестку в армию раньше, чем мне 18 лет исполнилось. Была это весна 1982 года. Привезли нас во Владимир-Волынский, там переодели и повезли дальше в учебную часть города Ашхабада. Там по ускоренной программе приобрёл военную профессию наводчика-оператора БМП и через пять месяцев был уже в Афганистане. Конечно, первое время была растерянность. Мне 18 лет, я кроме своей деревни да районного центра нигде не был, а тут война. В первые дни службы земляка встретил – Степана из нашей деревни. Он мне сразу сказал, куда нас дальше отправят, предлагал помочь, чтоб не ходить туда, я отказался, знаю, что от судьбы не уйдёшь. Он и сейчас здесь рядом живёт, в Вагае, и тоже Брудский.

В Афганистан нас перевозили на вертолётах. Наш 149 мотострелковый полк был уже там, в Кундузе. Мы шли на смену парням, уже отслужившим, рота стояла в Сахарном баглане. Наводчик, на место которого я пришёл, прекрасно знал, какую подготовку дают в учебке. Почти неделю выезжали с ним, и он рассказывал о тонкостях боя, учил быстро и правильно ориентироваться, выбирать цель и поражать её из пушки или пулемёта. Может, где-то было по-другому, а у нас так дембеля свои места передавали.

Основная задача нашей роты состояла из сопровождения колонн. Занимали высоты и следили, чтоб враг не подошёл. Но всё равно нечасто, но нападения были, они же там дома, все щели и тропы знают. Так и служили, – пытается закончить рассказ Василий Ильич.

– А за что тогда при такой спокойной службе тебе орден Красной Звезды дали? – Спрашиваю собеседника.

– Так я же её не в армии, уже дома получил, – уходит от ответа Василий, но помолчав, всё же продолжает рассказ:

– Это уже перед дембелем было, проводилась армейская операция. Мы пошли на Саланг, и… Здорово нас там потрепали. Мою машину тоже подбили, выстрел из гранатомёта угодил в инжектор и ушёл под ребристый через двигатель в радиатор, если бы был направлен в сторону башни, мы бы погибли. За полтора года такого видеть не доводилось. Впереди сапёры шли на БТР, у них в нём тротил был. После попадания он сдетонировал… Башня в сторону улетела. Человек, конечно, ко всему привыкает, но это-то случилось перед отправкой домой, за просто так гибнуть не хочется. Вот и отбивались, как могли, переслужил много, а награду всё равно уже дома получал. Там за время службы и механики-водители такими асами становились – мама не горюй! Поначалу боишься, осторожничаешь, а потом такую науку выживания проходишь, что сам инструктором можешь работать. Всё прошло, ни о чём не жалею, тяжело было на опознания ездить, а потом письма родителям писать, подтверждающие смерть сына.

С питанием и водой тоже перебои были. Бывало, что утром, в обед и вечером масло ели, а бывало, что по щелям галеты искали. Ну, а сырую воду из речки пить страшно, дизентерию запросто можно схватить. Есть там такие явления, что-то вроде наших родников. Из-под камней откуда-то сочится холодная, аж зубы сводит, вода, ту можно пить. Мечта у всех была – приехать домой и попросить у мамы полный ковш воды, чтоб досыта напиться. Зато в их речках рыбы много, ездили, рыбачили, если недалеко. Вот так и жили. Война – не шутка. У нас в роду дед воевал, я воевал, и сын Дима у меня тоже уже успел. Он сначала по контракту служил, потом в Сирию уехал, а сейчас не берут, ногу ещё не залечил.

После демобилизации я полгода не трудился, потом пригласили учителем военного дела, но знакомые предложили ездить на сезонные работы. Первый год работал в Брянской области, а потом приехал в Тюменскую. Строили в Вагайском районе, потом здесь в Кротово и Ангарке. Женился на местной девушке Лизе, Елизавете Кирилловне, сейчас у нас четверо детей, внуки есть и правнучка. На подсобном хозяйстве жили, картошку садили, сдавали, и сейчас животных полный двор. Увлекаюсь рыбалкой. Один раз за всю жизнь здесь ходил на охоту. Ружья своего не было, у соседа взял, и так получилось, что вышел на козлов. Совсем рядом стояли такие глазастые красавцы. Посмотрел, и мне их погладить захотелось, а вот мяса такого не захотел, у меня в стайке своё растёт. Хоть свинина, хоть говядина или баранина, хоть птица. После того в лес хожу только за грибами, ягодами и природой полюбоваться. Настрелялся, наверное, в армии, – улыбнувшись, закончил рассказ воин-интернационалист.

Памятная дата 15 февраля посвящена воинам, которые исполняли интернациональный долг за пределами Родины. Три поколения Брудских относятся к ней по праву.