Службу военного водителя лёгкой не назовёшь, и многих аромашевцев не миновала эта участь, одним из них является Андрей Штыков, два года колесивший по дорогам ГДР.

Родился и вырос Андрей Анатольевич в Аромашево, да и вся дальнейшая его жизнь связана с родным селом. Здесь он ходил в детский сад, школу, в 1985 году окончил курсы шофёров при местном автопредприятии. С осени и до весны следующего года, на машине ГАЗ-52, на этом же предприятии работал шофёром. По району возил зерно, муку и другие продукты. В общем, наматывал километры, приобретая практику и опыт. После призыва в армию всё это, конечно же, очень пригодилось.

– В армию меня призвали 21 апреля 1986 года. Место службы определили в Группу советских войск в Германии (ГСВГ) в городе Дрезден. Как и положено молодым, при части прошёл двухмесячный карантин, а потом направили в гвардейский полк связи первой танковой армии. Там я попал в хозвзвод. В его обязанность входило транспортное обслуживание полка. Доставляли горюче-смазочные материалы, продукты, перевозили солдат и оборудование. Первоначально за мной закрепили машину Урал-375, бензовоз, заправлял автомобили и станции, имеющие двигатели. На учения выезжали очень часто, особенно в первые полгода, когда частью командовал полковник, бывший фронтовик. На полигонах для каждой единицы были выкопаны отдельные капониры, их туда загоняли, укрывали маскировочными сетями и они начинали работать. Наша задача была подъезжать ко всем и заправлять. Спали в такие дни вообще мало, очень много они бензина тратили, обеспечивая связь, да и техника вся была полноприводная и прожорливая, а возили топливо из части.

Про армейскую жизнь Андрей Анатольевич рассказывает мало, уделяя внимание тем, кто был с водительскими удостоверениями. И как стало понятно, с категорией "С" вообще была напряжёнка, и приходилось тем, у кого она была открыта, ездить "за себя и за того парня".

– Через некоторое время мне в нагрузку добавили транспортный автомобиль, тентованную ГАЗ-53. И на ней работы хватало. В части шло постоянное строительство, значит, нужны стройматериалы, доставляли продукты, различные товары обменивали с местным населением. В общем, через непродолжительное время я город Дрезден стал знать лучше, чем родную Тюмень. Часто приходилось ездить и по всей Германии. Лейпциг, Магдебург, несколько километров не доехал до Берлина, в общем все города и сёла я сейчас даже не назову, много их слишком. Через полгода перевели на дизельный Урал-4320, но добавили ЗиЛ-131, тоже бензовоз. И на каждую машину нужно было отучиться на специальный допуск. Особенностью езды по Германии являются порядок и правила. Первые два месяца я привыкал ездить по правилам, когда привык, то стало намного легче, всё стало ясно и понятно. Дороги были в основном из брусчатки, тоже нужна привычка. Во время дождя она превращается в натуральный гололёд, так же может занести и тормозной путь становится длиннее в несколько раз. Да вообще много что можно вспомнить и рассказать из моей армейской шофёрской жизни и хорошего и не очень. Помню, как-то раз промок и положил сушиться солдатские рукавицы на двигатель, но тут пришёл старший и приказал быстро ехать, я забыл про них. Ну, вот одна возьми да и упади на коллектор, загорелась, конечно. Тушили вместе с ним, он потом долго разбирался, из-за чего пожар вышел.

Вместе со мной из аромашевцев все два года служил земляк из Новоберезовки Анатолий Большаков, тоже водитель, все тяготы вместе пережили. Сейчас живёт в Нефтеюганске, до сих пор созваниваемся, встречаемся, и супруги наши знакомы, в общем дружба продолжается. Служил вместе с парнями с Алтая, Молдавии, Белоруссии, много друзей осталось на Украине, и никогда между нами не было конфликтов по признаку религии или национальности. На данный момент абсолютно нисколько не жалею, что отслужил, рад, что попал в Германию, ведь во времена СССР просто так попасть туда нам из деревни можно было далеко не каждому. Познакомился с немецкой культурой, порядком, который они любят во всём. Хорошо живут, основательно, но я бы там не остался. В моём понимании всегда было – сегодня приказ, завтра дембель, и домой, – заканчивает своё повествование Андрей Анатольевич.