Заканчиваем публиковать отрывки из воспоминаний К.И. Яковлевой о жизни в сибирской глубинке во время эвакуации её с детьми-воспитанниками из блокадного Ленинграда.

Таисия Ивановна Попова была эвакуирована вместе с детьми из Ленинграда. Работала медсестрой в Кротовском интернате в годы войны. | Фото из семейного архива (г. Санкт-Петербург).

ОСЕНЬ 44-ГО

"Весь сентябрь и октябрь стояли сухие дни – огород убрали, сделали запасы овощей. Готовили материалы к конференции, вели активную переписку с Ленинградом. В эту работу включились все. Ноябрь вступил активно: сразу снег, морозы довольно крепкие. Однажды возвращаюсь поздно домой, а старушка-хозяйка поднимает с подушки голову и говорит: "Вы там всё с интернатскими целый день допоздна, а на своего тоже надо было бы посмотреть... вот сегодня он босой по снегу бегал...", – "А сколько градусов было?" – "Да, на градусник мы не смотрим, а поди сорок уже было". Ничего после этого "бега" по снегу с сыном не было. Во всяком случае, видимо, это было с ним не раз – простудные заболевания здесь, в Сибири, обходили всех. Не болели даже зубы. Тут помогало всё – климат, тишина, ну и конечно, лесные витамины. А во рту у ребят часто была сера, которую они активно жевали. Наверное, помогала и она. Близилась настоящая зимняя погода. Морозы бывают и по пятьдесят градусов. Елену Ивановну часто вызывают в роно. Её замещает Зоя Алексеевна, а иногда и я. В её отсутствие приходилось бывать и в сельсовете на собраниях. Сельсовет был совсем рядом с интернатом и занимал большую добротную избу с белыми наличниками на окнах. Вот тут я сделаю отступление и расскажу об одном человеке.

 

НАШ ПЁТР ИВАНОВИЧ

Итак, я в сельсовете. Большая комната, печи натоплены до предела. Пять больших окон, стены и пол блестят. Посередине стоит длинный стол, покрытый красной скатертью. Везде чисто, как и во всех учреждениях, в которых мне приходилось бывать здесь, в Сибири. Это создавало всегда впечатление уюта, и чувствовался за этим какой-то особо хозяйский глаз. Горит висячая керосиновая лампа под зелёным абажуром. Собрание открывает Дюрягин – председатель. Перед ним сидит довольно много народа, приехавшего даже из соседних деревень. В том числе наш председатель колхоза – Малюгин, и я – представитель интерната. Председатель делает небольшой доклад: отчёт о сделанном, и что ещё предстоит. Выступают со своими краткими речами все. Наконец, председатель даёт слово П.И. Малюгину. "Товарищ Малюгин! Тебе слово", – громко произносит он. В ответ – ни звука. Смотрим на него, а он... спит. Спит, опустив голову на стол. Раздаётся заливчатый храп, он поднимает голову, и, как гром с ясного неба, – удар по столу кулаком! "Мне, говорит, слово... Давай, давай..."

 

И Малюгин сразу, как ни в чём не бывало, встаёт и начинает говорить. Говорит с остановками, с крепким словцом, но говорит по существу, по делу, о делах и заботах колхоза, говорит и об интернате. Все слушают его внимательно. Речь ведёт конкретную. Никто не удивляется его повадкам, словам, слабостям. Верно знают, что Малюгин – мужик деловой. Всё прощается здесь ему. Таков был Малюгин. Мне лично в ту военную пору он казался настоящим солдатом тыла, трудового фронта. Для нас он был – кормилец. Много тогда он делал для интерната – от него зависел подвоз дров и продуктов, он выручал его снабжением картофелем, мясом. При разговоре с ним он любил, чтобы всё было на его же уровне – то есть конкретно, коротко, убедительно... Елене Ивановне это удавалось лучше, чем предыдущему нашему директору, Клавдии Ильиничне. Она умела с ним в разговоре быть грубоватой и требовательной до предела, приходилось с ним раскурить и махорочку. Тогда успех требований был обеспечен. Обычно, она требовала – он возражал. Но стоило ей сказать: "Ну что, Пётр Иванович, давай закурим, что ли?" – после чего он сразу менял тон, всё улаживалось и разрешалось в пользу интерната. "Трубка мира" помогала прекрасно.

 

На совещании, помнится мне, никого из присутствующих не удивляло то, что Малюгин спал. Вставал он с первыми петухами, а ложился, когда засыпали все. Тщательно обходил перед сном всё своё хозяйство. Особенно его беспокоила зима, когда не раз волки забирались на колхозный двор. Ему присуще было чувство большой ответственности за колхоз и большую семью ленинградцев. В любых затруднительных случаях Малюгин находил выход, а где не хватало людей – становился сам. Своё колхозное дело он любил крепко и болел за него душой. Так говорили о нём и колхозники. А потому никого не удивлял его сон на собрании после проведённого на морозе утомительного дня. Сам он после собрания уверял всех в том, что и сквозь сон слышал всё, о чём говорили предыдущие ораторы. Малюгин был неповторим.

 

Мы, интернатовцы, Петру Ивановичу помогали, чем могли. Пололи, убирали картошку, дёргали лён, собирали лекарственные травы, выступали с номерами художественной самодеятельности в ближайших колхозах, помогали на сенокосе".

 

С. СТЕПАНЮК: Описаны в воспоминаниях и радостные дни, например приезд в Малиновку гипнотизёра, красивое вечернее пение малиновских девчат, празднования Нового года и 8 Марта, командировка в Новоаптулу – то, как они тогда сбились с дороги, ну и, конечно же, конец войны.

 

ВОЙНА КОНЧИЛАСЬ

"Было раннее утро 10 мая 1945-го. В нашей Малиновке, обычно такой тихой и безлюдной, царило оживление, хотя было пять-шесть утра. Малиновцы бежали по улице с криками: "Война кончилась! Война кончилась!" Стучали в окна друг другу, разнося эту радостную весть. Целовались, со слезами на глазах. Обнимали встречных. У всех были счастливые лица.

 

"Война кончилась", – повторял каждый. Это было незабываемо, это было всеобщее ликование людей, это было так искренне, и так радостно, как будто после суровой холодной зимы пришла весна, и тронулся лёд.

 

О ЧЁМ ЖЕ ПЛАКАЛИ ДЕТИ?

В интернате тоже давно никто не спал. Общий радостный крик разбудил всех. Скрипят топчаны, идёт оживлённый разговор, все кричат: "Ура, мы победили!", "Ура, Гитлеру капут!", "Капут Гитлеру!" И вверх взлетали подушки. Но что это? Среди радостных криков я слышу, что кто-то плачет. Да-да, плачет. Я вижу на глазах слёзы у Вити и Толи Плисовых, у Игоря Гусакова, Вики... "Ребята, да вы что! Война ведь кончилась, надо радоваться, а вы слёзы льёте... О чём?" Они молчат. От моего участия слёзы льются обильнее. Я не могу понять причину этих слёз на фоне общей радости. Задумалась. Поняла одно: была война – было общее горе, и личные потери были не ощутимы. О личном все мы как-то забывали. Жизнь в интернате сплачивала не только трудом, но и общей болью за нашу страну. И вот, война кончилась, и личное, что все эти годы каждый прятал к себе, у каждого сразу обнажилось. Теперь было ясно, почему плакали дети. Ведь плакали те, у которых война отняла самое дорогое – родителей. И сознание этой невозвратимой потери надрывало болью ребячьи сердца.

РАЙОН ПРОВОЖАЕТ ДЕТЕЙ

Приехав в Аромашево, увидели море детских голов. Вся площадь перед исполкомом была заполнена детьми. Так вот сколько детей сохранял район. Картина была внушительная! И это только в одном районе, а сколько их было в других уголках спасительного тыла? Надо было бы эту картину как-то запечатлеть. Но я не была художником, и не было со мной фотоаппарата. Сохранила это память, и сохранила на всю жизнь. Итак, из Аромашево мы поедем уже не одни. С нами потянется целый большой обоз ленинградцев. Все едут домой!

 

ВСТРЕЧА С ЛЕНИНГРАДОМ

И вот настал тот волнительный день 25 июля, когда наш состав очень, очень медленно приближался к платформе. Вот и остановка. Тихо, очень тихо, оркестра нет. Видимо, прибытие детей стало обычным. День пасмурный. На платформе – люди. Их не так уж много. Кто они? Да, конечно, это родители и родственники детей. Лица у всех бледные, тёмные, светятся только глаза. В них радость встречи, любовь, интерес... Многих не узнаём. Многих видим впервые. Дети тоже не сразу подходят к ним, несмело. Своих родных многие дети тоже не узнают – ведь они так изменились, а дети выросли. Так много воды утекло за эти четыре года, так всё и все изменились. Дети выросли, родные постарели. На всех следы перенесённой блокады и голода... Запомнился на всю жизнь тот день, когда от нас забирали детей. Забирали постепенно и уводили домой. Когда приходила мать, то их общей радости не было конца. Но многих забирали родственники. Мы не обижались, если в наш адрес не говорили "спасибо". Ведь не секрет, что смотрели на наш труд в эвакуации двояко. Одни с уважением, другие с некоторой завистью. Ведь по сравнению с тем, что пережили ленинградцы, наша работа в их глазах была чем-то вроде "дома отдыха" и спасением от всех невзгод. Конечно, таких было немного, но они были. Каждый, забирая своего ребёнка, торопился. И это нам было понятно, и мы были на втором плане, в стороне. Удовлетворение было в том, что привезли всех и привезли здоровыми. Никто не остался.

 

В своих воспоминаниях я рассказала обо всём, что пришлось пережить, что помнилось, и кто помнится. Хотелось в них пронести тепло и заботу Родины о детях, и тепло и заботу тех людей, что окружали детей. Хотелось очень отметить живительную силу природы; значение труда для морального и физического здоровья всех нас и детей в годы войны; показать наш скромный труд в эвакуации, тысяч таких же, как я, "женщин в серых куртках". Труд, который, как сказал Н.Н. Шестаков, "не менее важен, чем фронт". Достигла ли я этого – судите сами. Хотелось бы, чтобы всё это никогда не повторилось".

 

P.S. Редакция газеты "Слава труду" готова поделиться воспоминаниями К.И. Яковлевой и фотографиями, присланными Дмитрием Борзовым из Санкт-Петербурга, с музеями и музейными комнатами Аромашевского района.

 



Поделиться:

Другие материалы рубрики Общество

"Он сражался за меня на той войне"

Предлагаем вашему вниманию рассказ ученицы Новопетровского филиала Аромашевской средней школы Алёны Наумчик о прадедушке – участнике Великой Отечественной войны Якове Максимовиче Чураке.

В Тюменской области для людей предпенсионного возраста сохранятся все имеющиеся льготы

На прошлой неделе депутаты Тюменской областной думы на очередном заседании проголосовали за сохранение региональных мер соцподдержки, установленных для граждан пенсионного возраста.

Позаботьтесь о своём здоровье

С третьего сентября в Аромашевском районе активизировалась прививочная кампания против гриппа.

Аромашевский район присоединился к экологическому субботнику "Зеленая Россия"

Аромашевский район 14 сентября присоединился к Всероссийскому экологическому субботнику «Зелёная Россия». В ходе акции проводилась уборка мест захоронения, площадей, парков, спортивных объектов. Желающие граждане в этот день наводили порядок на придомовых территориях.